Гид по Фестивалю 2021

XII Международный фестиваль искусств «Дягилев. P.S.» 2021

С художественным руководителем фестиваля Натальей Метелицей беседует Наталья Сиверина


Какая в этом сезоне внутренняя драматургия фестиваля, обычно объявляется определенная тема, вокруг чего строится программа 2021?

 — Тему, или если хотите, посвящение, подсказывает нам время. Но не всегда находится юбилейная дата или тема, которая нас волнует, например, в этом году такой нет. Зато принцип отбора спектаклей и программ у нас всегда один и тот же. Мы отталкиваемся и от концепции, и от лица фестиваля, которое мы, правда, обрели не сразу. Еще в 2009 году мы сами не осознавали, что такое «Дягилев P. S.», к 2011 году пришло понимание: для нас во главе угла хореограф и хореография, и наша главная задача – познакомить публику с разнообразием современной хореографии. Не только с ее изменчивостью, но и преемственностью, ведь XXI век вырос не на пустом месте. Ему предшествовали все предыдущие поколения. Не важно, какой язык сложился у МакГрегора или Прельжокажа, все они прекрасно обучались классическому танцу, это то, с чего начинает любой новатор. Это первое. Второе: нам очень важно качество исполнения, как правило, мы стараемся, чтобы это были перфектные исполнители. Отвечая на ваш вопрос, можно сказать, что программа 2021 отвечает нашей традиционной схеме: хореограф, мастерство исполнения, участие музея.

ЛЕБЕДИНОЕ ОЗЕРО. Балет Анжелена Прельжокажа

Для выставки вы выбрали довольно неожиданную тему: «Пять искушений Иоганна Фауста». Как это будет воплощено в экспозиции?

Действительно, в прошлом 2020 году была выставка, посвященная дягилевскому кругу, что более понятно. Кстати, год был никакой не юбилейный, но так сложились, что нам удалось именно в 2020 году, как и планировали, привезти полноценную художественную выставку, хотя начинали мы работать над ней еще в 2018. Гордимся, что пандемия не внесла свои безжалостные коррективы: это был колоссальный труд – привезти картины из 26 коллекций России и Европы. И совсем недавно наша выставка «В круге Дягилевом» получила «Золотой Софит» – это единственный прецедент, когда высшая театральная премия впервые была вручена музейному проекту.

А в этом году выставочный проект музея – «Пять искушений Иоганна Фауста». Это пять музыкальных интерпретаций сюжета Гёте «Фауст»: Листа, Берлиоза, Гуно, Бойто и Шнитке. Как всегда, выставка будет в нашем традиционном месте – в Шереметевском дворце. Чем она интересна? Казалось бы, Фауст – тема для избранных интеллектуалов, а на самом-то деле она про каждого из нас. И чем дальше развивается цивилизация, даже не развивается, а стремительно мчится, в нашу жизнь проникает искусственный разум как вызов природе, вызов Богу, вызов дьяволу, тем ближе каждый из нас к вопросам, поднятым в «Фаусте». Поэтому для нас было важно раскрыть эту тему для широкой публики. Как это будет устроено: основной блок выставки, ее музыкальный пласт, а также живопись и графика, а затем постскриптум, который будет заключаться в прямом общении с посетителями. Для чего будут устроены специальные небольшие пространства-кабинки, там посетитель сможет также услышать обращенные лично к нему слова самых разных людей, которым тема небезразлична, от студентов Александра Сокурова до ученых, занимающихся проблемами мозга, от священника до рэпера. Привлечен еще Инженерный театр АХЕ, будет играться их спектакль-инсталляция «ПротоФауст». Среди участников выставки композитор Владимир Раннев и художник Андрей Бартенев со своим перформансом «Фауст». То есть художественная ткань проекта будет максимально разнообразной, что созвучно с основным блоком выставки, ведь каждый из композиторов трактует тему по-разному: для Берлиоза – осуждение, для Листа наоборот восхищение, Шнитке считал, что у каждого художника должен быть свой «Фауст».

 

В программе этого года стоят спектакли, которые должны были состояться в 2020 году.

 — На этот год перенеслись наши «долги» с прошлого года, в частности, юбилейный вечер Леонида Десятникова. В этом году не юбилей, но это неважно, мы каждый год могли бы посвящать вечер Десятникову, он фигура мирового масштаба и, что нам важно, носитель культурного кода Петербурга, он разнообразен и глубок и при этом привлекателен и для неподготовленного зрителя, потому что удивительный мелодист, что редкость среди современных композиторов. В программе вечера одноактные балеты на музыку Десятникова. Отмечу отдельно, что музыка написана не для балета, а преимущественно для кино и театра. Одноактные балеты, поставленные хореографами Вячеславом Самодуровым, Максимом Петровым, Андреем Кайдановским и Максимом Севагиным, все очень разные по творческой манере. Что это такое, рассказывать не хочу. Премьера прошла в Екатеринбурге только в октябре, но не сомневаюсь, что будет интересно, тем более, что композиционно все это выстроил Алексей Гориболь, а музыка Десятникова прекрасна.

Кстати, меткое выражение критика Татьяны Кузнецовой «Хореографы всех стран, соединяйтесь», сказанное об одном из наших предыдущих фестивалей, как нельзя лучше подойдет этому году. В программе шестнадцать хореографов. С некоторыми наши зрители хорошо знакомы, например, с Анжеленом Прельжокажем. Мы опять же покажем «долг», творение 2020 года. Это премьера – «Лебединое озеро», и, что важно подчеркнуть, идея спектакля зародилась буквально на фестивале, мы начали с ним говорить об этом еще в 2017 году. И когда я впервые предложила ему «Лебединое» у него было полное непонимание и отторжение. Всех пугает большая форма, сегодня осилить трехактный балет не каждый сможет. Да уже и во второй половине ХХ века осталось пять-шесть имен, которые справлялись с большой формой, на сегодняшний день, наверное, Ноймайер, Прельжокаж, Матс Эк и Эйфман могут справиться с такой задачей, хотя, справедливости ради, нельзя не упомянуть, что недавно Акрам Хан сделал двухактную «Жизель». Я с нетерпение жду «Лебединое озеро» Прельжокажа, потому что убеждала его, как могла, в конце концов, тема черного и белого, как столкновения двух стихий – это абсолютно его тема. В 2018 году он привез на гала Петипа свой опус Ghost (Привидение), и стало понятно, что он приступил к размышлениям над концепцией. Но сразу скажу тем, кто видел Ghost, в результате балет получился совершенно другим. Но уверена, что даже адепты классического «Лебединого озера» будут удовлетворены, спектакль очень эмоциональный, переполнен чувствами и страстями.

Что бы вы выделили в программе «Диалоги»?

Идея программы «Диалоги» родилась в агентстве Productions Internationales Albert Sarfati. Это старейшее и очень известное агентство, которое возникло в конце 1940-х годов, и, например, организовывало все турне Большого театра в Европе, а позднее европейское турне балета Бориса Эйфмана. Сейчас в агентстве уже второе поколение семьи, дочь Альбера и Лили Сарфати – Вони управляет компанией. «Диалоги» – программа, идею которой, как мне кажется, подсказали Вони Сарфати в Национальном балете Норвегии. «Диалоги» технически – это дуэты, в программе шесть опусов, но, по сути, это именно диалоги, потому что мы увидим взгляд шести хореографов на то, как люди взаимодействуют друг с другом, именно сегодня, когда многое в этой жизни, от интернета и гаджетов до пандемии, разобщает. Сегодняшний мир и человек, как они коммуницируют – не новая, конечно, идея, но как никогда актуальная. Слово «общение» приобретает все более важное значение, театр – это форма общения, причем непосредственно через живую эмоцию, которой в жизни современного человека все меньше и меньше. Немножко уйду от вашего вопроса: пытаемся сейчас уговорить Анжелена Прельжокажа сделать антракт в «Лебедином озере» – балет длится один час пятьдесят минут, и у него идет без перерыва. Но для российской публики антракт – это все-таки не пятнадцать минут на чашку кофе, это возможность обсудить первые впечатления. Для нас антракт – часть фестивального формата «Дягилев P. S.», это важно, в том числе для медиа: телеканалы собирают первые впечатления у зрителей, и уже в антракте мы понимаем, что и как воспринимается; это важно и для тех, кто оказался на спектакле достаточно случайно, можно что-то послушать и сориентироваться. Наши антракты – своеобразная школа воспитания вкуса, и, конечно, возможность общаться.

Возвращаясь к «Диалогам»: в программе три хореографа-мужчины и три хореографа-женщины. «14’20”» Килиана мы привозили в Россию, это танцевала Сильви Гиллем в одной из наших программ на фестивале, «Болеро» Охада Нахарина – известная вещь, «Джульетта и Ромео» Матса Эка, громкая последняя премьера Королевского балета Швеции, не привозились к нам, «Impromptu n°3» Саши Вальц – новая работа, и две новейшие работы, которые совсем неизвестны, это опус «Animation» Кристал Пайт, специально сделанный для «Диалогов», и «Islands» Эммы Портнер. Хореографию Портнер в России не видели никогда, она училась в школе Алвина Эйли, работала в музыкальной индустрии и со стриминговыми сервисами, издание Paper (независимый журнал, издающийся в Нью-Йорке с 1984 года, посвященный моде, популярной культуре, ночной жизни, музыке, искусству и кино) в 2019 году включил ее в список 100 человек в мире, на которых стоит посмотреть. Еще процитирую Dance magazine, который пишет, что «любой, кто видел ее танец, ощутил неистовство, с которым она бросает свое тело, и, по-видимому, душу», и дальше делает вывод: «она меняет танцевальный мир». Я хочу отметить, что это художник новой формации, который существует совершенно в ином мире, нежели, например, Килиан. И это очень современный способ существования – проектный, список таких совместных проектов впечатляет, там значатся Apple, Netflix, Музей Гуггенхайма, Vogue, Jacobs Pillow, Норвежский национальный балет, Sony Studios и так далее.

POSTSCRIPT. Программа компании Muzart в исполнении солистов Большого театра

Лучшие исполнители, как вы отметили, одна из составляющих ДНК фестиваля, кого бы вы выделили особо?

— Должна сказать, что за-за пандемии мы сейчас очень ограничены в возможностях приглашать американские и канадские компании. И это не только проблема виз, дальних перелетов, больших гонораров. Труппы так долго были в простое, что артисты находятся в плохой форме и сами это признают. С Кристал Пайт прилетят двое артистов ее компании «Kidd Pivot», а опус Портнер будут танцевать артисты Национального балета Норвегии. Кстати, норвежскую труппу для Европы открыл именно наш фестиваль «Дягилев. P. S.». Это случилось в 2013 году. Мне хотелось показать Килиана, и я посмотрела, что на тот момент его танцевали только в Осло, и то это был старый спектакль «Солдатская месса». После того как мы их привезли в Петербург, их заметили другие страны и начали приглашать на гастроли. И еще хочу отметить, что мощное присутствие в Петербурге солистов Большого театра – это только на фестивале «Дягилев P. S.», и так последние десять лет. Мы начали в 2009 году, когда привезли «Русские сезоны» Ратманского, тогда танцевала еще не ставшая знаменитой Наташа Осипова. И Вадим Моисеевич Гаевский, гуру балетной критики, тогда сказал мне: обрати внимание, она будет звездой. Так и произошло.

В этом году агентство MuzArts Юрия Баранова представит программу Postsript с танцорами Большого. Мы уже в третий раз работаем с этим агентством, и нам нравится с ними сотрудничать, два раза мы привозили Светлану Захарову, а в этом году программа завязана на новую звезду Большого театра Ольгу Смирнову. Это фактически ее бенефисный вечер, из четырех опусов, она танцует в трех. Первый «МакГрегор + Мюглер» Уэйна МакГрегора поставлен для нее, премьера состоялась в Лондоне в 2019 году, всего один раз они станцевали это в Москве, критик Татьяна Кузнецова тогда сокрушалась: жаль, что это одноразовый спектакль, и его больше никто не увидит. Так вот, мы привезем, вы увидите. Postscript – блестящая программа с точки зрения состава исполнителей. Обратите внимание на Вячеслава Лопатина, это один из сильнейших танцоров в Европе на сегодняшний день, он будет танцевать «Фавна» Ларби Шеркауи. Кроме того, в «Диалогах» танцуют звезды Большого Екатерина Крысанова и Денис Савин.

Какие у команды фестиваля планы на 2022 год?

На следующий год исполняется 150 лет Дягилеву, но нам не хотелось бы предсказуемо делать полностью «дягилевскую» программу. Меня сейчас больше интересует период 1920-х годов, его деятельность и эксперименты с Пуленком, Сати, Набоковым и другими композиторами. Хотелось бы привезти версии «Парада» или «Бала», «Оды» или «Ланей». Я предложила Ларби Шеркауи подумать, например, про «Кошку» на музыку Анри Соге, небольшой балет, на двух исполнителей, который танцевали Спесивцева и Лифарь. Представитель Шеркауи обращался к нам с предложением, как в случае с «Автобиографией» МакГрегора, вложиться в новый спектакль, но предложенная им тема показалась мне не близкой. Посмотрим, как он отнесется к нашей идее. Если его заинтересует парафраз на любой балет «Ballets Russes» 1920-х, тогда мы, конечно, тоже примем участие в софинансировании.

Все усложняется еще и тем, что сейчас почти отсутствует новое в репертуаре. Пандемия сковала творческие планы, отбросила их назад. Наши переговоры с европейскими труппами два-три года назад потеряли свою актуальность. Поэтому все начинаем сначала.

ДИАЛОГИ. Вечер с Матс Эком, Иржи Килианом, Охадом Нахарином, Шерон Эяль, Сашей Вальц и Кристал Пайт